Константин Бронзит: «Мне снова стало интересно окунуться в весёлое кино»

Интервью с режиссёром мультфильма «Три богатыря и Наследница престола»

Константин Бронзит — выдающийся российский режиссёр, автор таких мультфильмов, как «Мы не можем жить без космоса» и «Уборная история — любовная история» (обе короткометражки номинированы на «Оскар»), также именно он подарил нам «Алёшу Поповича и Тугарина Змея» — первый мультфильм из цикла про трёх богатырей. Недавно Константин вернулся к этой серии, выступив режиссёром девятой части «Три богатыря и Наследница престола». Наш обзор читайте здесь, а сейчас мы представляем вам наше интервью с Константином.

— Каково было возвращаться к «Трём богатырям» спустя столько лет? Как вы приняли решение вернуться? Что изменилось технически по сравнению с «Алёшей Поповичем», что осталось тем же?

Технически производство рисованной мультипликации почти не изменилось. Разве что стали больше рисовать на компьютере. Изображение стало более аккуратным. Если кто-то захочет сравнить крупные планы из того же «Алёши Поповича» с крупными планами богатырей из последних фильмов, он увидит, что раньше в «Алёше» контур был грубым, шероховатым. Эта «карандашность» была чрезмерно видна. Сегодня же рисовать можно на так называемых вакомах — цифровой ручкой прямо по экрану. И качество линии не сопоставимо с прежним.

— А стало быстрее?

Да, конечно, производство ускорилось. Это одно из главных преимуществ любых новых технологий. Правда, это не значит, что на студии полнометражный фильм стали снимать не за год, как раньше, а всего за полгода. Сроки прежние. Но весь запас освободившегося времени уходит на более качественную проработку фонов, теней и так далее. Меня, кстати, поражает, что некоторые люди, когда смотрят трейлер «Наследницы», первое, что начинают делать, ругать качество картинки. Самая часто встречающаяся реплика на эту тему: «Рисовка стала хуже». Я не понимаю, что они там видят? На студии как рисовали богатырей последние лет 10, так и рисуют. На самом деле стало лучше.

Что изменилось лично для меня? Ко мне вернулся азарт, и мне снова стало интересно окунуться в весёлое кино. Я давно этого не делал. После «Алёши Поповича» я занимался своими авторскими фильмами — это совершенно другая параллельная вселенная со своими заморочками. А делая «Наследницу», я ставил себе единственную задачу — повеселить себя и других. Правда, сейчас я уже не так уверен, что мне это удалось сделать.

— У вас такое ощущение часто бывает по поводу всех вышедших фильмов или только по поводу этого?

Вы знаете, об этом замечательно высказался великий классик кинематографа Вуди Аллен. Он сказал буквально следующее: «Когда я начинаю свой новый фильм, у меня полное ощущение, что я поражу им весь мир, а когда я его заканчиваю, у меня одна мысль — что ещё я могу сделать, чтобы спасти этот кусок дерьма?» Думаю, многие режиссёры временами испытывают подобные ощущения.

— Расскажите немного о предстоящей премьере. О чём она?

Спойлерить не хочется. Но одну вещь скажу — в фильме появился совсем новый, довольно смешной персонаж. Зовут его Леонид. Это сын византийского императора Василевса, знакомого зрителю по фильму «Илья Муромец и Соловей Разбойник». Этот Леонид абсолютный придурок, что делает его выразительным. Такие персонажи всегда имеют свою яркую индивидуальность. В отличие, например, от богатырей Ильи и Добрыни, которые во всём обязаны быть правильными и которым не положено иметь изъяны. Отчасти по этой причине эти персонажи становятся плоскими и скучными. Для них очень трудно создать повод проявить какие-то более тонкие переживания и чувства. В них мало персонализации, а больше от абстрактных образов. А для такого дебила, как Леонид, всё происходящее вокруг становится личным переживанием. Но ещё одна причина, по которой я к нему неравнодушен, это то, что я сам его озвучил. И мне кажется, это удалось. Мой голос точно прилип к этому персонажу.

— Расскажете про сам процесс озвучания? Удалось ли вам озвучивать вместе с другими актёрами, играя сцены, или озвучивали каждого персонажа отдельно и Леонида, в том числе?

Увы, совместное озвучание очень трудно организовать, хотя это было бы очень правильно. Но у каждого актёра свой график, свой режим гастролей, своё расписание в театре. И если мы будем пытаться собрать всех актёров, которые нужны для озвучания наших персонажей, вместе, мы никогда не закончим кино или будем делать его 5 лет. Поэтому актёр приходит по факту свободного времени. Вот такая ужасная ситуация, но по-другому просто не получается.

— А были ли какие-то интересные случаи на озвучании? Может быть, что-то весёлое, смешное? Менялись ли как-то реплики в процессе или всё шло строго по сценарию?

В процессе самого озвучания реплики, написанные в сценарии, не меняются. Могут, конечно, вноситься какие-то поправки, которые случились чисто по редакторскому недосмотру, по причине спешки. Могут исправляться обнаруженные языковые ошибки. Иногда возможны какие-то экспромты на тему: «Давайте перефразируем и запишем вариант», а дальше уже смотрим, войдёт ли в финальную версию фильма оригинал или перефразированная реплика. Но в основном на озвучании мы, конечно, следуем тексту. Иначе можно просто запутаться.

— Что вам больше всего нравится во франшизе «Три богатыря»?

Вы сейчас страшно удивитесь: мне нравятся два моих фильма — первый — «Алёша Попович», и этот последний — «Наследница престола». Не знаю, удалось ли мне сделать этот 9-ый фильм лучше первого. Не уверен. Очень трудно соревноваться самому с собой — не хочется опускать планку. Уж какая ни какая, она есть. Ведь зрители до сих пор помнят и любят «Алёшу Поповича». Поэтому не хотелось бы зрителя разочаровывать. Мне кажется, что в новом фильме в целом юмора стало больше, чем в «Алёше», но сюжет в «Алёше» закручен более лихо. Приходится признать, что в «Наследнице» сюжет оказался слишком прямолинейным и поэтому простоватым. Но с этим уже ничего нельзя было поделать — сценарий был принят продюсерами в производство, и менять в нём историю не было уже никакой возможности.

— Какой ваш любимый персонаж из этих двух фильмов?

Если авторы не любят какого-то своего персонажа, значит они не любят весь фильм. Наши персонажи — это наши дети. Мы всех их любим одинаково. Я никогда не встречал режиссёра, который среди своих персонажей любил бы кого-то больше, чем остальных. И здесь неважно количество реплик или появлений на экране, мы обязаны относиться ко всем с одинаковым вниманием. Потому что, если в каком-то месте мы дадим слабину, это слабина отзовётся по всей пружине. И зритель это тоже почувствует, и его сердце тронет равнодушие.

— Поделитесь, как вы придумали первый фильм? И почему выбрали именно Алёшу самым первым из трех богатырей?

Никто ничего не выбирал. В то время выбирать было не из чего. Всё произошло почти случайно: однажды на студию по интернету братья Свешниковы прислали свой сценарий «Алёша Попович и Тугарин Змей». Продюсеры почитали. Им показалось, что это забавно, дали почитать мне. В сценарии действительно были смешные моменты, особенно диалоги. А вот историю нужно было переписывать почти заново. Тем более, что написанного на тот момент хватало максимум минут на 40, но никак не на полнометражный фильм. И началась сложная работа. Собственно, с «Наследницей» произошло почти то же самое. Сценаристы — те же братья Свешниковы. Но, начав работу, я опять всё переделал. И если сравнить сценарий с готовым фильмом — это как небо и земля. И мне было бы интересно посмотреть на лица сценаристов, когда они сядут смотреть «Наследницу», — они очень удивятся, потому что этого они не сочиняли.

— Что дальше после «Наследницы»?

Студия уже снимает 10-й богатырский фильм. Я же опять отошёл в сторону. Может, на следующие 14 лет.

— Что самое сложное в работе над полнометражным 2D мультфильмом?

Объять необъятное — это и есть самое сложное в работе над любым полнометражным фильмом, не только 2D. Нужно держать в голове все вносимые изменения в сценарий, всё, что у тебя происходит в каждом новом эпизоде, как не упустить эти изменения в следующем эпизоде. Потому что-то, что тронул здесь, тянет за собой изменения где-то дальше. Успевать раздавать указания по всем цехам, принимать работу, вносить поправки — и так по бесконечному кругу. Это большое производство. Здесь звук делается, здесь актёры пишутся, здесь анимацию рисуют, а здесь фоны, а здесь раскадровка и аниматик для следующего эпизода, и всё это надо охватывать здесь и сейчас. Это колоссальное напряжение, в котором ты засыпаешь и просыпаешься каждый день. Довольно распространённое заблуждение, что работа мультипликаторов — это вечная сказка. Ничего подобного. Это адский труд с кучей профессиональных проблем. Гигантское ответственное производство. Так что тут мало радости. И не спрашивайте про «смешные случаи на производстве» — ничего смешного на нашем производстве не происходит. Разве что иногда разговоры на повышенных тонах. Это большой коллективный труд, в котором задействовано много людей, и здесь, как и везде, также присутствует понятие человеческого фактора.

— Как вы оцениваете положение отечественной анимации сейчас? Чувствуется ли подъём? Есть ли изменения по сравнению с периодом, когда делали первый фильм?

Конечно, изменения есть. Прежде всего, это касается объёмов производства. Сегодня в России мультипликации делается как никогда много. У зрителей всех возрастов появился выбор. За эти годы родились наши богатыри и «Смешарики», «Маша и Медведь», «Три кота», «Барбоскины» и «Лунтик» и ещё много чего другого. Никогда в Советском Союзе, о котором так любит вспоминать поколение постарше, не делалось столько мультипликации, как в наши дни. Конечно, это колоссальный прорыв.

— А что относительно обучения? Стало ли больше мест, где можно обучиться ремеслу мультипликации?

С точки зрения количества именно мест — да, их стало больше. Такое ощущение, что только ленивый университет не открыл у себя отделение мультипликации или мультимедиа. Но специалистов от этого больше не стало. Реальные специалисты по-прежнему растут на производстве, а не в учебных заведениях. Сегодня ни одно учебное заведение не способно подготовить человека на таком уровне, чтобы он сразу на равных включился в процесс. По факту он продолжает оставаться учеником и садится на какую-то вспомогательную работу, на которой и набирается необходимого опыта. И только спустя некоторое время — год, два, или даже больше — он может вырасти в профессионала. Проблему кадров студии, как правило, решают самостоятельно. Так что будут у «Мельницы» новые кадры — будут и новые богатыри. А вас с Новым Годом!

 

Интересное по теме:
Конкурс: Почему «Три богатыря» лучше оливье?
Тест: Кто вы из «Трёх богатырей»?

Дата публикации:
Источник: Tlum.Ru
Читайте также