«Детская литература от Олега Роя должна была появиться на свет, и она появилась»

Интервью с детским писателем о творчестве, «Сказочном патруле» и письмах Путину

Редакция Tlum.Ru встретилась с самым востребованным детским писателем России — Олегом Роем, создателем таких проектов как «Джинглики», «Мечтатели», «Дракоша Тоша», а с недавнего времени еще и автором книг по миру «Сказочного патруля». О девочках-волшебницах, писательском труде и планах на будущее — в нашем большом интервью.

— Олег, расскажите, пожалуйста, когда вы решили, что хотите писать для детей? Это сложно — решиться отдать книгу в издательство?

— Во-первых, тут дело не в решительности. Это чувство, что ты это должен сделать. В какой-то момент я понял, что мои детские истории, которых накопилось очень много, толкают меня на то, чтобы начать ими делиться. Это важно, когда твои рукописи не дают тебе спокойно относиться к ним. Это было не мое решение, а решение моих маленьких героев. Была потребность. Детская литература от Олега Роя должна была появиться на свет, и она появилась.

— А как ваши дети отнеслись к тому, что сказки, которые вы рассказывали им на ночь, превратились в настоящие книги?

— Это был хороший пример для моих детей. Для них это было абсолютно таким правильным шоком: сказки, которые папа им рассказывал, папа принес в виде книги, да еще и с иллюстрациями. Они поняли, что если ты чего-то хочешь, то это может воплотиться от простых мыслей, которые ты высказываешь, до реальной физической книжки. Этот опыт был интересен и для меня самого. Увидеть в глазах своих собственных детей восхищение отцом и тем, что истории, в которых они принимали участие — опубликованы. Ведь в каждой из моих детских галактик присутствуют мои дети. В «Джингликах» и Витюшка присутствует, и Леля, и в «Дракоше Тоше» мои дети нашли свое место. А в «Мечтателях» художники даже срисовывали образы с моих детей.

— Расскажите, а что самое главное в писательстве? С чего начать писать книгу?

— Для начала нужна идея. Затем нужно точно понимать на какую аудиторию книга будет рассчитана, что это будет за жанр. Будет это философская сказка, или приключения, или историческая какая-то вещь, фэнтези. А потом уже в этом жанре начинаешь творить. К примеру, вы мне принесли торт, и мы его с вами сейчас едим. Но вы не знаете, что в семейке тортиков были сегодня проводы — провожали хорошенький тортик для Олега Роя. Они собирались все вместе и мама-торт давала напутствия: «Не забудь, пожалуйста, когда ты придешь, ты должен обязательно улыбаться». А он ей говорит: «Мама, но у меня нет рта! Я не могу улыбаться. Сейчас я могу с тобой разговаривать, потому что я в нашем мире, но, когда он меня увидит, он не увидит улыбки». Мама: «Ты должен быть свежий, ты должен быть яркий, ты должен быть вкусный, ты должен обрадовать его». Тортик: «А для чего?». Мама: «Для того, чтобы у него было настроение». Тортик: «А зачем ему настроение, мама?». Мама: «А затем, чтобы он потом сел и начал придумывать сказки. Я ведь тебе читала его сказки, тебе они понравились. Так вот, когда он хорошо покушает…». И дальше развивается сама целая галактика. Когда, почему, как, зачем. Когда этот кусочек попадает в холодильник, как его примут там? Ведь когда дверь закрывается, продукты оживают. И бутылочка с прокисшим кефиром, которая никогда не будет мной использована в блины, скажет: «Доколе я здесь? Почему я до сих пор не блин? Почему ты, тортик, такой маленький, но ты уже нашел Олега Роя, а я до сих пор…». А вот помидор. Он говорит: «Подумаешь. Я тоже готов был пойти только в пасту, я ведь итальянский помидор! Но меня все время режут в яичницу». И можно родить целую галактику из тех, кто живет у меня в холодильнике. А потом все это перекидывается на мой стол, где уже оживает ручка. Если есть фантазия, если есть время и желание, детские галактики можно создавать хоть каждый день.

— Как долго может создаваться книга?

— Иногда годы. Проект «Мечтатели» писался 8 лет, но это уже писался, а задумывался намного раньше. Нет проектов, которые рождаются быстро — сел и записал. У меня так не бывает. Как правило, это процесс, который затягивается на определенное время. Детские книги нуждаются в иллюстрациях, это тоже кропотливая работа — поиск художников и составление библии героев. Я заведомо думаю, какой визуальный ряд будет сопровождать маленького читателя. Для книги «В погоне за мечтой» образы мы придумывали несколько месяцев. Антон Гречко, Алексей Жижица, Александра Кузнецова — вот три художника, которые в итоге были задействованы. После идет процесс рисовки, тоже долгий, два-три месяца. Потом это отдается в издательство, где все это верстается. Получается, книга создается от года и более.

— Вы говорили, что книга — это учебник, она должна чему-то учить. Чему вы хотите научить детей с помощью своих произведений?

— Мораль — она есть во мне и в моих героях. Не врать, быть честным по отношению к себе и к своим друзьям, любить своих близких, не быть плохим для этого мира, а это значит — соблюдать чистоту этого мира и свою чистоту, понимать, что такое родители, что такое родина, что такое идеология. Это маленькое зерно, которое я в каждого читателя закладываю, оно дает росток. Все начинается с себя. Взрослые обычно говорят: «Ой, виновата школа, ой, не те фильмы смотрели, не те книги читали, ой, век не тот». Ничего подобного. Все то. Просто нужно начинать с себя, и маленькому человечку тоже.

 — Детские книги — тогда и сейчас. Есть разница? Когда детская литература была более востребована?

— Сейчас детская литература должна быть более востребованной. Я в этом совершенно точно уверен. Другая проблема, что есть ценовая политика, которая не позволяет покупать много детской литературы. В мое время вроде и были деньги, вроде и читательский спрос был большой, но был дефицит на детскую литературу как таковую, мы тогда читали очень много в библиотеках. Сейчас все чаще дети занимают время телевизором или гаджетами, мы забираем у них книгу и отдаем им сериалы, кино, попкорн. Хорошо ли это? Нет. Нужно ли с этим бороться? Да. Как? Личным примером. Если родители вместе с ребенком будут читать книгу, то и ребенок будет читать. А востребованность современных авторов большая. На Западе, в Европе колоссальные тиражи продаются. Есть ли у нас такие тиражи? Являемся ли мы самой читающей страной мира? Нет, это миф. У нас тиражи самых известных авторов не более 3 000 экземпляров.

— И мы знаем, что вы пытаетесь с этим бороться. Вы написали письмо президенту о доступности детской литературы, верно?

— Да, я написал уже второе письмо Владимиру Владимировичу. Оно о том, что надо от слов переходить к делу. Мы можем объявлять годы, часы, века детства, но это только слова. Владимир Владимирович очень правильно сделал, что назначил 10-летие детства сейчас, потому что мы теряем одно поколение за другим. И пора дать команду на исполнение. Дать льготы для типографий, льготы для издательств, льготы для тех, кто производит бумагу для детской литературы. Гранты, разговоры с магазинами о льготных выставках. Больше книг давать библиотекам, дать им деньги, чтобы они могли как можно больше закупать литературы. Чтобы любой ребенок мог прийти в библиотеку и бесплатно читать книги в любом количестве. Я разговаривал с библиотекой, они сказали, что у них 16 моих книг. 16 книг — это мало, дети стоят в очереди. Это нехорошо. Будет ли у моей инициативы успех? Вряд ли. Я не настолько медийная личность, чтобы достучаться до президента РФ. Но посмотрим, может что-то и получится. Буду рад, если мы хотя бы библиотекам поможем.

— Последняя ваша книга — «Осторожно, домовой!». Как возникла идея писать книги по вселенной «Сказочного патруля»?

— Идея пришла не мне, она пришла в голову студии «Паровоз» и одному из продюсеров мультсериала Александру Саблукову. Ребята долго думали и решили найти автора, который смог бы развивать «Сказочный патруль» в книжной вселенной. Наши переговоры были не очень затяжными. Они сказали: «Олег, есть «Сказочный патруль». Я сказал: «Я его фанат». Они сказали: «Хотел бы написать книгу?». Я сказал: «Да». Вот и все. Без всякий условий, я согласился моментально.

— Сколько длилась работа над первой книгой?

— Я писал сразу три книги, и работа над ними шла два месяца. Сначала я дал ребятам синопсисы этих книг, они посмотрели, сказали, что да — это наш мир. Мы договорились, что я не буду ни в коем случае нарушать правила их вселенной. Я понимаю, что это ответственность и перед читателями, и перед теми, кто смотрит сериал. Когда было принято три синопсиса, я стал расписывать все три истории, вот две из них уже приняты. Первая книга уже вышла, вторая сейчас отрисовывается. У книги «Мороженого много не бывает» уже есть обложка, есть процентов 80 нарисованного, я думаю, что в конце этого месяца мы ее сдадим и где-то месяца через полтора она выйдет в свет. Сейчас ребята из студии «Паровоз» читают мою третью историю, если все будет нормально, они ее примут. Будут еще волшебные дневники от девочек, они уже написаны, уже почти приняты, но мы решили, что это будет четвертая книга. Всего я планирую 12 книг в серии.

— Кажется, в планах, кроме книг, еще и журнал «Сказочный патруль»?

— Да, в этом месяце мы начнем работать над ним. Если все будет хорошо, то мы в течение лета закончим, я напишу 12 маленьких историй, мы все это утвердим, и, если все звезды сойдутся, всем все понравится, значит где-нибудь в октябре-ноябре мы сможем выпустить журнал «Сказочный патруль». В журналах будут наклейки, истории, задания, все что только можно себе представить в современных модных журналах. Пока выглядит все симпатично, я бы своей дочери купил его.

— Расскажите, пожалуйста, о книге «Осторожно, домовой!»? О чем она?

— Это абсолютно новая история, она никак не связана с тем, что мы видели на экране. История очень простая. Дело в том, что рядом с девочками живут уникальные сказочные существа. И они на первый взгляд кажутся несимпатичными. Но оказывается, что у каждого несимпатичного персонажа есть внутри очень хорошее сердце и душа. Если до него достучаться, если понять, в чем проблема, если при помощи волшебства, а наша улыбка — это иногда великое волшебство, попытаться сделать так, чтобы лед его растаял, то открывается многое и начинаются приключения. Этому и посвящена книга про домового. А вторая книга — «Мороженого много не бывает» — думаю, все по названию понятно. Она о том, что волшебный горшочек на то и волшебный горшочек, чтобы делать хорошее мороженое. Другое дело, если ты думаешь, что-то, что у тебя — это великий бренд и никто не сможет тебя победить, и твоя гордыня мешает этому бренду дальше развиваться. А кто-то другой может перехватить идею. И ты замечаешь, что все кушают уже не твое мороженое из волшебного горшочка, а другое.

— А у вас есть любимая героиня в «Сказочном патруле»?

— Я всем всегда говорю, что у меня любимчиков нет. Все девочки уникальные и потрясающие, они все на каждом этапе нашей жизни могут быть вашим лучшим другом. Либо все вместе, либо по очереди. Делать из кого-то кумира, наверное, можно, но не автору. Иначе тогда мы будем иметь книгу «Приключение Снежки и ее подруг» или «Варя и все-все-все». Их четверо, и каждая уникальна, в каждую можно влюбиться, каждая будет подругой любой маленькой девочки.

— А если бы вы попали в мультсериал, какой волшебной силой вы хотели бы обладать?

— Ой, я бы хотел обладать силой притяжения к своим мыслям. Чтобы, как только я что-то задумал, всем бы это нравилось. И банкиры бы говорили: «Ой, Олег, подождите, а вам деньги случайно не нужны без процентов и возврата на ваши новые проекты?». А я бы говорил: «Почему бы и нет?». А потом пришвартовывается яхта и выходит капитан, говорит: «Олег, вы знаете, я готов вас покатать. Мы сегодня не планировали кругосветное путешествие, но я вот прямо чувствую потребность. Поехали! Каюта первого класса уже тут». И Мадонна спускается по трапу, говорит: «Совершенно случайно оказалась тут. Пела в Лос-Анжелесе, и вот как-то захотела провести с тобой время и попеть для тебя». И это было бы уникально. И девочки из «Патруля» сразу обрадовались бы, Снежка бы сказала: «Так хочу тебе что-нибудь наколдовать хорошее!». И она знает, что мне наколдовать. И вот у меня в руке уже мороженое, которого много не бывает. Уникальная способность была бы. Когда все твои желания и мысли хорошие исполнются. Плохие — нет, мы же иногда думаем о плохом. Зато можно было бы потом закрутить сюжет. Злой волшебник, понимая, что Рой обладает такой силой, делает так, чтобы и плохие мысли начинали сбываться. Вот он пожелал кому-то не очень хорошее, смотрим — дом загорелся. Яхта утонула. Поезд пропал. Банк разорился. И ты прибегаешь к девочкам и говоришь: «Я не хотел. Я правда не хотел! Верните все назад!» И начинается новое приключение. Вот мы с вами за столом придумали еще одну глобальную книгу. Запросто может появиться история про чудаковатого старикашку или про мальчика, у которого появилась такая способность, а он умудрился ее испортить. И надо все вернуть на свои места. И, скорее всего, в конце концов ему придется расстаться с этой способностью навсегда. Потому что иногда нужно не только мыслить и думать, что тебе это кто-то исполнит, а и самому исполнять. Видите, уже и мораль нашлась. Вот мы и нашли с вами идеологию, концепт, хорошие приключения, где каждая героиня себя покажет. Можно написать за 2 месяца. И издать через полгода. А через 9 месяцев вы можете запросто на книжных развалах найти такую книгу и сказать: «Вот это да! Сидела у Роя на кухне, и этот эпизод из приключений „Сказочного Патруля“ уже стал книгой!».

— А у вас есть любимый сказочный персонаж?

— Да. Это Баба-Яга. Я ей очень много посвящаю всего. Есть сериал, в котором есть Баба-Яга, есть проект, который я делаю с Disney, это «Сказки Белогорья», там есть Баба-Яга и ее избушка, они вечно не могут найти общий язык. И у меня есть шикарный проект, который называется «Соратники» и будет целый роман, который посвящен Бабе-Яге, но это уже роман для взрослых. И мы его хотим экранизировать, это будет такая наша «Малефисента». А мой любимый персонаж, с которым я живу, это Бедокур из «Джингликов». Когда я его придумал, я впервые ответил на вопрос — кто я. Я создал его по своему образу и подобию. Мне нравятся мои герои. Я с каждым героем хорошо живу, и очень сильно люблю, всех очень сильно уважаю. И в «Сказочном патруле» все девочки уникальные, все мне нравятся. И мир, который создан кропотливым трудом студии «Паровоз», он действительно очень клевый. В нем легко. Знаете, я видел много проектов, и когда я начинал разбираться в сути, я понимал, что я не возьмусь, слишком неправильна структура мира, слишком все не подходит для моего восприятия, слишком все коряво. Слишком надуманно, напыщенно и несовпадений масса. А в «Сказочном патруле» все сделано уникально правильно, мир работает. И когда они взяли гайку под названием Олег Рой и вставили ее в механизм, она стала хорошо работать, потому что механизм рабочий. А если мир до меня не работал, то и со мной работать не будет.

— Как получается работать с таким количеством проектов? Не устаете?

— Все легко. Огромное количество в работе, или в компьютере, или в голове. Это и «Обратная сторона луны», которую я сейчас очень хочу, «Тля» — очень интересный для меня проект, «Изгои» — сумасшедшая вещь. Есть время на все. Я запустил «Дракошу Тошу», сейчас работаю над «Хранители планеты», хочу создать самый экологический мультфильм. Уже написана история, уже есть партнер, с которым мы начали переговоры. В этом году хочу запустить еще два детских проекта, помимо «Дракоши Тоши». Если мне улыбнется удача, один из них сделаю со студией «Паровоз». Загруженность студии большая, но скажу сразу, что это проект по галактике «Мечтатели». Хороший проект. Крепкий. 6+. Посмотрим. У меня еще есть «Джинглики», и они, как маленькие дети, требуют к себе много внимания, и я не хочу, чтобы они ревновали меня.

— Кстати, о «Джингликах». Они, да и вы тоже, ведь были на прошедшем в начале лета «Мультимире». Какие ощущения от фестиваля, где разгуливают ваши герои?

— В жизни автора есть несколько моментов, когда он в эйфории. Первый — это когда выпускаешь книгу, это как рождение ребенка. И второй — когда ко мне подбегает и обнимает мой Бедокур, а девочки «Сказочного патруля» со мной фотографируются. Ты понимаешь, что твои герои — они ожили, они рядом. У «Мультимира» огромное будущее, его надо переносить на Красную площадь, в сердце страны.

— А какие у вас были любимые мультфильмы в детстве?

— Я, как и все, любил в своем детстве все, что было связано с «Аленьким цветочком», «Ну, погоди!», «Карлсоном». Я с упоением эти мультфильмы смотрел. У нас зарубежных особо не было. Если бы были — я бы тоже смотрел. Мы смотрели «Лелик и Болик» и про Крота, чешский. Я в детстве, как и все дети, мог смотреть любой мультфильм.

— А сейчас есть современный любимый мультфильм?

— Я часто пересматриваю мультфильмы Disney. Например, я очень много раз видел «ВАЛЛ-И», совершенно уникальный проект. Из последних обожаю «Дом» — мой любимый мультфильм. Я его чаще всего смотрю. Второй раз пересмотрел «Босс-молокосос», мне очень нравится и юмор, и все остальное. Я много времени уделяю мультфильмам, даже с профессиональной точки зрения. Я смотрю, какие технологии, как, что. Чтобы потом, работая над своими проектами, можно было с режиссерами и аниматорами говорить на конкретных примерах: «Хочу так, как там». Это проще.

— Есть мультики, над которыми вы еще хотели бы поработать? Как со «Сказочным патрулем»?

— Не думаю. Конечно, хочется написать какие-то продолжения на то, что тебе нравится. Но есть неприятное понятие — авторское право. Но если когда-нибудь в мою дверь постучится, скажем, Люк Бессон и скажет — хочу продолжение… Конечно, я буду долго думать, буду сопротивляться секунды две и скажу: «Да!». И будем делать, потому что это уникальная серия. Его «Артур и минипуты» в свое время мне взорвали мозг. Там классный мир, я такое обожаю. Есть миры, которые не очень хорошо склеены — «Планета 51» или «Облачно, возможны осадки в виде фрикаделек». Я на первом фильме понял, что вселенная разваливается. А вот «Смешарики», «Маша и Медведь» и, конечно, «Сказочный патруль» — это вселенные, которые работают.

 

Интересное по теме:
«Сказочный патруль» на «Мультимире»
Тачки 3: обзор мультфильма

Дата публикации:
Источник: Tlum.Ru
comments powered by HyperComments
Читайте также
Новости партнеров